Кредит доверия


Кредит доверия

А. ДУРНОВО: Всё верно, действительно так, в эфире «Эхо Москвы», программа «Кредит доверия». В Москве 16 часов и 35 минут, Алексей Дурново, Наргиз Асадова, у нас в гостях Евгений Бушмин, председатель комитета Совета Федерации по бюджету, Евгений Викторович, добрый день.

Е. БУШМИН: Добрый день.

Н. АСАДОВА: Добрый день. Мы с вами хотим поговорить сегодня в основном про «Opel», пор вот эту сделку, которая вот так и не состоялась. Я просто напомню нашим слушателям, что 55 процентов акций «Opel» концерн «General Motors», должен был продать «Сбербанку» концерна «Магна» Канадскому. А так же ГАЗ вот участвовал в этой сделке.

Е. БУШМИН: Ну да, как промышленный партнёр сделки группы ГАЗ.

Н. АСАДОВА: Да, промышленный партнёр, то есть, должны были создать 1000 рабочих мест в Нижнем Новгороде, где собирался бы автомобиль «Opel», всё накрылось медным тазом.

Е. БУШМИН: Нет, не согласен.

Н. АСАДОВА: Скажите, почему?

Е. БУШМИН: 1000 рабочих мест, они будут создаваться, если будет возможность собирать нам это «Opel». И в независимости от того, кто будет владеть этими процентами. Мне кажется, всё-таки экономическая целесообразность будет играть основную роль в решении вопроса о рабочих местах. Но там другие проблемы, с другими рабочими местами. Если сейчас эта сделка не состоялась, или не состоится, я пока ещё не знаю, насколько твёрдо всё это решено, потому что, по-моему, тут уже три раза за последнее время перевешивали кто купит, как купит, и так далее. Так вот, если всё будет так, как сейчас объявлено, то похоже и Германия потеряет не одну тысячу рабочих мест.

Н. АСАДОВА: По всей Европе говорили, что 10 тысяч мест.

Е. БУШМИН: 10 тысяч? Ну вот.

А. ДУРНОВО: Это много.

Е. БУШМИН: Наша тысяча, по сравнению с этими десятью, наверное, хуже выглядит значительно, поэтому вопрос-то даже не столько наш, сколько европейский. И причём это бизнес, это просто бизнес. Я не вижу, ну, не вопрос это председателю комитета по бюджету, но я хочу сказать, что вот как они там решают свой бизнес, будут они сами вытаскивать, не будут они сами вытаскивать. Конечно, для меня важно то, как будет правительство Германии реагировать. Потому, что оно-то как раз обеспокоено не столько о том, под чьей маркой кто будет владеть, какими процентами, сколько какая ситуация с рабочими местами, с дальнейшим развитием, и так далее. Вот это главное. Для них, для Германии. Ну, а для нас, ну собственно, будет Сбербанк участвовать в этой сделке, или не будет, я не думаю, что для нашего рядового гражданина это имеет какое-то серьёзное значение. Ну, возможно, только какие-то акционеры сбербанка, если там эта сделка будет удачная. Если удачная, ещё будет. И там хорошие деньги можно будет заработать, они может быть, что-то с этого получат. Но меня этот вопрос сейчас не волнует, мне кажется, больше надо смотреть на социальную позицию правительства Германии. 10 тысяч рабочих мест, это серьёзно. А мы должны не смотря ни на что, что бы там не произошло, кому бы они не отказали, кого бы он не приняли, всё равно биться за то, чтобы у нас разворачивалось производство. Без всяких исключений. Не важно, кто там. «Сбербанк», или «General Motors». Главное, чтобы у нас было развёрнуто производство автомобилей на территории Нижнего Новгорода.

Н. АСАДОВА: А каким образом, кстати, мы должны их привлекать? Преференции какие-то, снижение налогов?

Е. БУШМИН: Нет, вы знаете, это не обязательно. Вот такое слово очень избитое, как инвестиционный климат, влияет на привлечение инвесторов значительно больше, чем какие-то специальные преференции, которые им даются.

А. ДУРНОВО: А у нас благоприятный сейчас климат инвестиционный?

Н. АСАДОВА: Да.

Е. БУШМИН: Вы знаете, мы как на удивление, собственно говоря для меня, это достаточно серьёзная позиция, потому что я считал, что мы позже остальных стран мира, будем выходить из кризиса. На удивление оказалось, что в общем, мы не очень далеко ушли от западных стран, и у нас уже более-менее ситуация начинает выправляться. Ну, не в том смысле, что мы пошли быстро к хотя бы двухгодичной давности уровню, но, по крайней мере, уже какие-то шаги, и, кстати, правительство сделало много шагов для того, чтобы мы вышли. Не все они, кстати, привели к хорошему результату, некоторые не очень хорошему. Мы много говорили о повышении ставки рефинансирования центрального банка, как вы знаете, сейчас с наименьшей. За весь последний период, ставка 9,5 процентов. А недавно, мы несколько раз её увеличивали и говорили, что это правильно, что это способствует выходу из кризиса, и снижения инфляции. Слава Богу. Ситуацию изменили. А первое решение, и первое движение. Были не очень правильные. То есть вот, я хочу сказать о том, что вот то, что мы сейчас потихоньку начали выходить, выходить как бы в общей массе мировых стран развитых, это означает, что в общем, к нам могут обратиться инвесторы, и мы можем нормально работать с инвесторами.

А. ДУРНОВО: Но всё-таки, возвращаясь к истории с «Opel». От того, что сделка на данном этапе сорвалась, мы что-то серьёзное потеряли?

Е. БУШМИН: Нет.

А. ДУРНОВО: Нет?

Е. БУШМИН: Уверен абсолютно, что мы ничего не потеряли. Это коммерческая сделка, это сделка «Сберегательного банка». Мы должны работать так, как будто всё произошло, как будто ничего не изменилось. Нам надо заводить производство в Россию, это обязательно. Калуга, Санкт-Петербург, Ленинградская область, я имею в виду. Показали хорошие возможности по привлечению. В том числе, ну, мы сейчас говорим только об автомобильных, хотя, на самом деле, есть и другие направления, которые можно подтаскивать. Даже не деньги, технологии. Всё-таки, для нашего автопрома, наверное технологии автомобильные важнее даже, чем деньги.

Н. АСАДОВА: Вот если говорить вообще о том, охотно или неохотно пускают другие страны российский капитал в долю.

Е. БУШМИН: Вообще не пускают.

Н. АСАДОВА: Вот передо мной газета «Коммерсант», где так очень удобно в табличку сведены все проигрыши российских бизнесменов, и кстати, это касается не только стран Европы, то есть, этой известной истории с «Арселор», когда «Северсталь» так и не получилось у них купить акции.

Е. БУШМИН: Да.

А. ДУРНОВО: Но так же Турция, Пакестан и прочие страны…

Е. БУШМИН: Конечно. Даже любимая нами Индия.

Н. АСАДОВА: Да. Не пускали Российских бизнесменов в долю. Почему так происходит?

Е. БУШМИН: Как почему? Мы тоже не пускаем. Хотим мы этого, не хотим…

Н. АСАДОВА: Нет. Но они друг друга пускают. Франция пускает Германию, Германия Францию…

Е. БУШМИН: Только что мы обсуждали, что бы такое сделать, чтобы какие-то преференции нашим производителям, как бы их поддержать, как бы им дать возможность. А при этом: нет, давайте значит наших подвинем, других пригласим всех, и пусть они здесь у нас хозяйничают. Навряд ли это реально. Так же думает каждая страна, мне кажется. То есть, никто никого не хочет приглашать, это очевидно. Но и с другой стороны, вы знаете, иногда и чисто коммерческие темы играют очень важное значение. Вот например, когда выбирают из двух партнёров, выбирают ту, за которым больше стоит технологий, научного потенциала, технологических возможностей, и так далее. Мне кажется иногда, наше предложение с точки зрения вот не денег, а именно вот последующих каких-то технологических возможностей, они немножко отстают от западных тех же предложений. Но это не означает, что мы проигрываем только потому, что у нас не везде технологии хорошие, скажем так у нс мало хороших технологий. Нет, не только поэтому. Ещё и потому что это идёт очень жёсткое лоббирование интересов каких-то структур, которые уже живут в этой стране, даже кстати не структур этой страны, а может быть соседей или даже далёкой страны, но уже несколько десятков лет присутствующие на территории этой страны.

А. ДУРНОВО: Евгений Бушмин, председатель комитета совета федерации по бюджету, напомню, у нас в гостях. Немножко сменим тему и поговорим о моногородах, которых в России если мне память не изменяет, больше 4-х сотен.

Н. АСАДОВА: 436, если быть точным.

А. ДУРНОВО: Скажите, пожалуйста, как вам кажется, что ждёт?

Е. БУШМИН: Вот ваша точность, хочу вам сказать, что она ваша, потому что такое моногорода, это надо определить, параметры надо определить. При изменении любого параметра вы можете варьировать от 50-ти до 2-х тысяч. Просто чтобы было понятно, что моногород, это не вот это моногород, а это уже не моногород, такого не может быть. Основная идея в том, что если вдруг в каком-то городе, районном центре преобладает какое-то производство, какая-то коммерческая структура, серьёзно преобладает так, что её банкротство приведёт к полному краху всей социальной бюджетной структуры города, вот примерно такие города надо называть моногородами. И параметры, сколько населения работают на этом предприятии, можно считать это 50 процентов или 40, это уже можно посчитать разное количество моногородов. Дело в другом, дело в том, что у нас ещё с советских времён изначально специально создавалась такая структура. Мы вот сюда посадим одну структуру, и вот она там будет хозяйничать, хозяином в этом городе, и будем производить, и все работают на одном заводе, и все утром на проходную. Вот этот подход всегда был, и конечно с ним сейчас очень тяжело бороться, мы очень сложны на подъём, чтобы какая-то семья поднялась, уехала работать в другой город на другой завод, для нас, это не Америка.

Н. АСАДОВА: Одну секундочку, я хотела просто уточнить, откуда взялась цифра 436 городов. Эту цифру озвучила заместитель председателя совета федерации Светлана Орлова сегодня на встрече с президентом Медведевым.

Е. БУШМИН: Эту цифру она взяла из Мин эконом развития, которое очень аккуратно по нескольким параметрам считало всё это. Я это понимаю, я сам присутствовал на встрече с Дмитрием Анатольевичем, слышал, и категорически поддерживаю проблему, которая там поставлена.

Н. АСАДОВА: Что делать с этими городами?

А. ДУРНОВО: Как её решать?

Е. БУШМИН: А знаете почему, потому что она бюджетная, и вот эта проблема бюджета.

А. ДУРНОВО: Как её бюджетно решать?

Е. БУШМИН: Первое, это социальная проблема, и в социальной проблеме номер 1 проблема безработицы.

А. ДУРНОВО: Люди пойдут перекрывать дороги?

Е. БУШМИН: Конечно, а куда им пойти, им жить надо на что-то. С этим надо что-то делать, надо заранее готовиться. Во-первых, нужно думать о том, как сделать так, чтобы не рухнула вся система какая-то коммерческая, а возможно разделение её, посмотреть с точки зрения антимонопольного законодательства, это организационно. А теперь бюджетно. Надо переобучение людей, потому что уже есть много фактов, когда эта проблема возникла. Мы можем говорить о том, а если возникнет в этом городе, ведь не во всех городах из этих 436-ти уже возникла проблема полная, то есть предприятия некоторые работают, но если что случится, то это будет вам Пикалёво, вот и всё. Поэтому, самое главное сейчас, это решать те проблемы, которые уже возникли. А это переобучение людей, это дать возможность сменить место работы, а это переезд, это проблема квартиры, это проблема трудоустройства в детский садик, в школу, это тоже серьёзная проблема, и семья не переедет в другое место, если не будет решена эта проблема, а это простите всё бюджетные проблемы, и, кстати, не только федеральные.

Н. АСАДОВА: Почему только бюджетные не понимаю, почему нельзя создать условия для малого и среднего бизнеса, чтобы они создавали рабочие места?

Е. БУШМИН: Конечно, я же вам организационно первое сказал, что не только малый и средний бизнес, а какая-то диверсификация должна быть производства. Вы поймите, это коммерция, и так вот взять и чиновничьими руками в эту коммерцию залезть и что-то там пошерудить не удастся. Это долгий и сложный процесс. Развитие малого бизнеса в малых городах, а это малые города, то есть те города, в которых 20 – 30 тысяч населения. Вот развитие малого бизнеса в этих малых городах это не 1-го года и не 5-ти лет.

Н. АСАДОВА: А что же делать?

Е. БУШМИН: Работать, сначала решать острые бюджетные проблемы, безработицу, переобучение, социальные пособия, детские сады.

Н. АСАДОВА: Это всё должно делать государство.

Е. БУШМИН: Да, конечно, я только с этой точки зрения и смотрю, потому что то, что должен делать бизнес, государство с ним взаимодействует только по принципу, ослабьте административные барьеры, дайте возможность быстро зарегистрировать, получить в аренду площади не через взятку, а по низкой муниципальной цене, только здесь может быть. Но вы учтите, здесь сразу идёт расслоение государственное, потому что федерация это одно, это безработица, региональные бюджеты, региональная власть это другое, и третье, это муниципальные власти. Очень много от бизнеса, от малого бизнеса не стоит ждать, если местная власть, муниципальная власть ведёт себя неадекватно вплоть до ставок на землю, до налога на имущество, до многих вещей, которые либо позволят бизнесу двигаться, либо нет. Так что здесь взаимодействия с государством очень много, а что должен делать бизнес, он наверно знает лучше нас с вами. Поэтому…

А. ДУРНОВО: Евгений Викторович, вот смотрите, вот люди, которые живут в моногородах, привыкли, что центр жизни это завод, токари, шорники. А может быть имеет смысл сделать госзаказ, чтобы их поддержать, чтобы появились деньги, обратиться, чтобы большую партию чего-нибудь заказать в этом моногороде и таким образом их поддержать?

Е. БУШМИН: А потом вы остальным людям как будете в глаза смотреть, да и этим тоже, которые произвели продукцию, которую вы заказали, которую свали на каком-то складе, и она больше никогда никому не понадобится.

А. ДУРНОВО: А если понадобится?

Е. БУШМИН: А если не понадобится. Вот как так можно говорить. Нет, государственный заказ может быть только в том случае, если он действительно нужен. А вот если он нужен, давайте… Вот 94-й закон кстати, на нашей же встрече с Дмитрием Анатольевичем поднимался ещё один вопрос. В этом 94-м законе, закон о государственных закупках. Это когда государству требуется что-то закупить, и вот как купить так чтобы не было коррупции, чтобы не было откатов, чтобы всё было достойно цивилизованного государства. И как раз здесь обсуждали, а как сделать так, чтобы эти предприятия могли участвовать и выигрывать в этих закупках. Это тоже очень сложная проблема, потому что как только мы сейчас скажем: «давайте только у них закупать». А остальные?

А. ДУРНОВО: Хорошо. Если мы говорим о моногородах, люди могут попасть в такую ситуацию, когда им есть нечего, но ведь сделают этот заказ, даже если сложат это на складе, если за это заплатят.

Е. БУШМИН: Сделают кто, заказ сделает государство?

А. ДУРНОВО: Выполнит заказ государства моногород, если…

Е. БУШМИН: Я думаю, что лучше заплатить им деньги за то, чтобы они переобучились, чем заплатить им деньги за то, что будет выброшено на свалку. Это абсолютно я уверен, что нельзя заказывать то, что не нужно. Нужно заплатить деньги за обучение. То есть он уходит со своего рабочего места, и идёт переобучаться, а ему платят деньги, как будто он работает. Вот такое мы можем позволить. А заплатить, а потом тихонечко выбросить, это неправильно, так делать нельзя.

А. ДУРНОВО: Вот с обучением, тут же нужна целая образовательная программа.

Е. БУШМИН: Конечно, а вы знаете, сколько сейчас денег государство тратит, особенно в период кризиса, кратно увеличенные расходы, в том числе на переобучение, на общественные работы. Это очень серьёзная программа, каждый регион готовит программу так, чтобы было понятно, сколько денег он вкладывает, сколько денег федерация вкладывает в эту программу. Сейчас создаются программы не просто федеральные, вот из федерации выделили деньги, а наша задача их потратить. А сейчас создаются программы в регионах, когда часть финансирует регион, часть финансирует федерация, чтобы как можно больше средств было вовлечено в программу переобучения, в программу подготовки, в программу общественных работ. Вы же когда говорили о заказе, вы наверно говорили чуть больше об общественных работах.

А. ДУРНОВО: Не совсем.

Е. БУШМИН: Вот мне кажется, что нормальный человек понимает, давайте им дадим работу, чтобы они работали, давайте закажем не то, что не нужно, а то, что нужно, вплоть до уборки улиц. Вот уборка улиц нужна. Да, пока нет возможности им стоять у станка, пусть они занимаются общественными работами, дорогу пусть делают. За дорогу заплатить можно, за уборку заплатить можно, за работу почтальона, кстати, не хватает почтальонов, можно было бы часть людей временно.

А. ДУРНОВО: Профессиональных токарей?

Е. БУШМИН: И профессиональных токарей использовать, когда есть нечего, то будешь работать и почтальоном.

Н. АСАДОВА: Скажите, как вы считаете, справится ли бюджет с этими грандиозными планами по переобучению, когда у нас такое количество моногородов?

Е. БУШМИН: Не справится.

А. ДУРНОВО: Почему?

Е. БУШМИН: Потому, что во-первых, уже в вопросе было понятно, что такое количество моногородов не справится. И собственно самая главная возможность решить эту проблему, это наличие моногородов, которые функционируют, не которые уже рухнули предприятия и люди оказались на улице, а функционирующие. Это знаете как, это переобучение не людей, а переобучение предприятий. Можно изменить профиль работы предприятия, чтобы его продукция была нужна, в том числе с помощью государственных унитарных предприятий. То есть создать, купить, национализировать это предприятие так, чтобы оно выпускало то, что нужно государству, и люди работали не на корзину, а на государство.

А. ДУРНОВО: В общем, если коротко, проблема в принципе решаема, но путь трудный?

Е. БУШМИН: Это комплексная проблема, её надо решать очень долго, и первое что надо делать, это не давать людям умирать с голоду, это самое главное.

А. ДУРНОВО: Будем надеяться, что эта проблема действительно решится. Я напомню, что у нас в гостях бы Евгений Бушмин, председатель комитета совета федерации по бюджету, спасибо вам большое. И напомню, что «Дневной разворот» и «Кредит доверия» провели Наргиз Асадова и Алексей Дурново. Мы теперь в новом составе по четвергам и ровно через четверг мы снова вернёмся и новым уже составом проведём следующий «Дневной разворот» и следующий «Кредит доверия». Пока.



При копировании или цитировании материалов с сайта vnedorozhniki-ussr.ru активная индексируемая ссылка желательна.