Личная жизнь и мобильный мир. Как сохранить тайну? — архивный выпуск программы Сухой остаток . Радио Финам ФМ


Личная жизнь и мобильный мир. Как сохранить тайну? — архивный выпуск программы Сухой остаток . Радио Финам ФМ

ПРОНЬКО: 21 час и 7 минут в российской столице. Я в ожидании еще одного ролика, я уже привык, что у нас очень много роликов идет в эфир. Еще раз добрый вечер, дамы и господа. У микрофона Юрий Пронько. На «Финам FM» ежедневная программа «Сухой остаток».

Зато вы точно знаете, что мы работаем в прямом эфире, в онлайне. Не лукавим, не скрываем. И вот иногда режиссеры мне взмахивают руками – типа надо войти в эфир. А я на них не обращаю внимания, зато я вижу красную кнопку, думаю: чего она у меня загорелась, почему они еще один ролик не дают?

Сегодня у нас очень интересная тема: «Личная жизнь и мобильный мир. Как сохранить тайну?» И замечательный у меня гость. Я всегда говорю: надо чаще встречаться, Эльдар.

МУРТАЗИН: Надо.

ПРОНЬКО: Эльдар Муртазин – руководитель и главный редактор издания «Mobile-review.com». Рад видеть вновь в студии «Финам FM«.

Масса вопросов. Я так вам презентую, кто еще не знает господина Муртазина, обращаюсь к слушателям «Финам FM«: вот все, что касается связи – это к нему. Вот дока, авторитет. Обычно я пою дифирамбы дамам, но это эксперт, мнение которого все-таки для меня очень важно и, я думаю, для многих из вас. Я сужу по тому количеству вопросов, которые вы уже направили Эльдару. Напомню поэтому средства коммуникации… Давайте вот от кассы далеко не отходить, есть вопросы к Муртазину – задаем. Все, что касается связи, я не знаю, гаджетов, да?

МУРТАЗИН: Всего.

ПРОНЬКО: Всего?

МУРТАЗИН: И электроники.

ПРОНЬКО: Вот чего хотите, то и спрашивайте. Не зря же он – главный редактор издания «Mobile-review.com». 65-10-996, www.finam.fm – это наши средства коммуникации. Звоните, пишите, задавайте вопросы, высказывайте свои мнения.

Эльдар, сами понимаете, что главный повод, что ли – у нас же, журналистов, должен быть повод – в общем-то, повод искать не пришлось, он был на поверхности. Причем ситуация на сегодняшний день находится в развитии: столичное управление Роскомнадзора обратилось в суд в связи с утечкой SMS абонентов «Мегафона» в Интернет. Заявление подано в арбитраж Москвы в связи с появлением в открытом доступе в Интернете текстов сообщений, отправленных с сайта компании, номеров телефонов получателей.

Тем временем, я почему говорю, оно же в развитии, в движении, можно сказать… Слушайте, у меня какие-то глухие уши сегодня. Тем временем, значит, пострадавшие от утечки SMS абоненты «Мегафона» получат бонусы. Один из крупнейших сотовых операторов в России… Мне нравится, когда мои коллеги пишут – «один из крупнейших», можно подумать, знаете, их воз и маленькая тележка.

МУРТАЗИН: Три.

ПРОНЬКО: Да. Ну вот, можно сказать: «один из трех» сотовых операторов России приступил к реализации программы поддержки пострадавших клиентов. Абоненты, чьи номера имели отношение к инциденту с утечкой информации об SMS в «Яндексе», получат бонусные SMS или минуты разговора. Помимо этого, при желании абонент может выбрать новый номер мобильного телефона бесплатно.

Эльдар, рассказывайте, что это? Что произошло? Насколько действительно это желание или решение столичного управления Роскомнадзора обратиться в суд? Вот ваш взгляд на произошедшую ситуацию?

МУРТАЗИН: Юра, мне кажется, у нас «угнетенных» абонентов хотят защитить все: Следственный комитет, Роскомнадзор. При этом я…

ПРОНЬКО: Можно теперь еще Генпрокуратуру – это же теперь отдельная структура.

МУРТАЗИН: Подключить, да. Отдельная структура. Причем ощущение полное, что вот людям действительно на работе нет занятий, и они выискивают поводы.

Я, в день, когда утекли SMS-сообщения, не поленился, обзвонил эти номера, некоторые были отключены, где-то с десятью людьми я поговорил. И я был не первым. До меня звонили просто обычные люди и говорили: «Вы знаете, что ваши SMS утекли?»

ПРОНЬКО: «Слышь, чувак! Я тут читаю твою переписку, и так это занятно». Так.

МУРТАЗИН: Кто-то SMS присылал. И я задавал несколько вопросов, один из них звучал так: «Как вы отреагировали?» «Ну вот мы не знаем. Ну, утекли, ну и что страшного в этом?» Люди – они были, на удивление для меня, подготовлены к этому. Более того, никаких претензий они не испытывали. Дальше уже такая жажда наживы пошла, когда все это стали раздувать как скандал, – с одной стороны.

С другой стороны, моя точка зрения не популярна, но я ратую за то, что человек, который пользуется Интернетом, должен понимать простую вещь: в Интернете нет анонимности как таковой, и любая информация, помещенная в Интернет, может стать достоянием публики любой – хорошей, плохой – публики. Соответственно, если вы отправляете через Интернет какие-то картинки свои, фотографии через публичный сервис, надо подумать: вдруг они где-то появятся? И, возможно, не делать этого, а передать на диске, на USB-флэшке, на чем-то подобном.

Если говорить про ситуацию с «Мегафоном», она вообще анекдотическая, кабы не была такой грустной – с одной стороны. «Мегафон» имел портал Sendsms.megafon.ru, где можно отправить SMS любому анонимно – любому абоненту «Мегафона». При этом надо упомянуть следующую вещь: подобные порталы есть у каждого из операторов. Кончились деньги на телефоне, либо кончился заряд телефона, заходите на портал, отправляете.

ПРОНЬКО: Стандартная жизненная ситуация, да.

МУРТАЗИН: В день отправляют 6-8 тысяч SMS. А дальше происходит следующее: часть SMS появилась в поиске «Яндекса». Причем для того, чтобы их найти, надо было знать, как искать.

И вот тут такая детективная часть истории, очень любопытная, на мой взгляд. Информация об этом появилась в разных источниках со ссылкой на «Lenta.ru» – одновременно. Но при этом на «Lenta.ru» никакой информации не было, и она появилась только через час. Это был такой активный вброс той уязвимости, которую кто-то нашел, решили доставить неприятные моменты «Мегафону», видимо.

А вот дальше происходит следующее. Вот если бы был «Мегафон»… «Мегафон», сразу хочу оговориться, в этой ситуации неправ в любом случае, потому что это их сервис, они должны были предусмотреть все, все возможные сценарии. Но давайте разбираться с «Яндексом». «Яндекс» имеет «Яндекс.Бар», который отсылает ссылки, куда идут пользователи без их идентификации. Там нет такого, что «Вася Пупкин зашел на такой-то сайт».

ПРОНЬКО: Так.

МУРТАЗИН: Это просто некий человек зашел на такой-то сайт. В случае с этой формой отправки SMS, там не хранятся ни SMS-сообщения, ни что-то другое. Создается временная страница с неким адресом, вы нажимаете кнопку «отправить», она исчезает, уничтожается. Так вот, «Яндекс.Бар» фактически отправлял адрес этой страницы, а «Яндекс» стал настолько крутой и быстрой поисковой машиной, что он моментально вытягивал и индексировал содержимое этой страницы. Она удалялась, а в кэше страница оставалась, и, соответственно, в результатах поиска все показывалось. С точки зрения «Яндекса» – это все правомочно. Я думаю, что это действительно так.

Но вот вся эта история показывает две вещи. Первая вещь: что многие сервисы в России – это правда – не защищены с точки зрения информационной безопасности. Об этом часто не думают. И проблема намного шире.

В тот же день нашли пермский сайт «sms.prm.ru», где на всех трех операторов отправлялись SMS, и они были полностью видны. При этом я понял, что в Перми развит бизнес перебивки номеров, VIN на машинах. Там постоянно…

ПРОНЬКО: Читая, да?

МУРТАЗИН: Там это прямо в SMS, да.

ПРОНЬКО: Ага.

ПРОНЬКО: Слушайте, так не обязательно в спецслужбах работать.

МУРТАЗИН: Абсолютно нет.

ПРОНЬКО: Все доступно.

МУРТАЗИН: Там финансовые документы какие-то пересылались. А второй момент, который мне очень понравился, и который публично не был освещен, фактически, не назову сейчас оператора, это не «Мегафон»…

ПРОНЬКО: Один из трех?

МУРТАЗИН: Один из трех. Один из двух оставшихся. У них есть сервис отправки MMS-сообщений, в том числе так называемый «фото-стрим» в сети. «Яндекс» его тоже проиндексировал, с частными фотографиями людей, которые отправлялись. Примерно таким же образом. При этом там много фотографий, и рисунки снежинок – это самое безобидное.

В принципе, вопрос, который часто задавали адекватные люди, которые прочитали эти SMS, они сказали: «Это PR-акция. Живые люди не могут так писать». Уверяю, если бы они видели эти фотографии, они бы ужаснулись, вокруг кого они живут или с кем рядом они живут. Потому что достаточно своеобразная выборка.

Надо понимать, что утекшие SMS – это очень специфичная часть аудитории, назовем это так. Поэтому…

ПРОНЬКО: А в чем специфика?

МУРТАЗИН: А специфика в том, что, как правило, это люди, которые по каким-то причинам – либо это сел аккумулятор, тогда человек пишет: «Извини, у меня сел аккумулятор на телефоне, – или кончились деньги, – купи сахар». Или: «Я немного опоздаю». Или: «Перезвони на городской номер». Нормальные SMS.

Есть SMS, где люди отправляют шпаргалки для экзаменов, например: «Полевой транзистор – это то-то, то-то, то-то».

ПРОНЬКО: Так.

МУРТАЗИН: Есть SMS тоже совершенно нормальные, где человек копирует что-то с какого-то сайта и отправляет себе на телефон – сам себе, как памятку, чтобы в виде SMS сократилось.

А все остальное – это, как правило, либо связано с времяпрепровождением, либо некими отношениями, скажем так, с любовницей или любовником, или чем-то подобным. Как правило, некий такой «Дом-2» в SMS занимает львиную долю этих SMS.

ПРОНЬКО: Зато как все публично плюются: «Дом-2″, фу, какая гадость!» А тут достаточно посчитать эти SMS.

МУРТАЗИН: Почему популярность такая «Дома-2»? Именно поэтому. Причем я недавно смеялся в одной из крупных компаний, это рассказывают в качестве анекдота, но мой друг, он HR в этой компании, он уверяет, что это правда: у них в тесте появилось такое задание – назовите героев «Дома-2», выберите из списка.

ПРОНЬКО: Да вы что!

МУРТАЗИН: И если они выбирают из списка этих героев, этих людей просто не рассматривают при приеме на работу.

ПРОНЬКО: Пойду сегодня к главному редактору после программы, расскажу ему еще один способ отсева тех кандидатов, которые хотят к нам придти на работу. Отличный вариант.

Так, Эльдар, я хочу теперь понять – то есть главный вывод: если вы пользуетесь мобильной связью или, не дай бог, Интернетом, то вы, в общем-то, наги, вы, в общем-то, не имеете ни одежку, ни застежку.

МУРТАЗИН: Именно Интернетом. Мобильная связь более защищена. Более того, защищены разговоры, защищены ваши SMS. И это максимальная степень защиты, которая есть у частного лица сегодня. Интернет не защищен. Простой довод: сегодня в нашей стране антивирусными программами пользуется не так много людей, даже бесплатными. Но вирусная угроза она настолько огромна, там, трояны и прочее, кейлоггеры, скринлоки, что люди с эти сталкиваются постоянно. С кого-то вымогают деньги, у кого-то просто читают их переписку, пароли крадут от «аськи» и так далее.

ПРОНЬКО: А то, что «Мегафон» сейчас предлагает, бесплатная замена номера мобильного телефона, это решает ведь вопрос, нет? Или опять вычисляют.

МУРТАЗИН: Да нет, замена номера не играет роли. Потому что кто может следить за мобильным номером в нашей стране? Государство. От государства не спрятаться. Частные лица не обладают такими возможностями. Поэтому все равно. Когда мне рассказывают истории о том, что у оператора можно купить распечатки SMS или что-то подобное, знаете, это такая – городская легенда, но это невозможно. В год у каждого оператора «большой тройки» примерно 10-15 человек ловят за руку на том, что они, внимание, не SMS, а просто распечатку разговоров, кому звонили, куда звонили, и SMS на какие номера отправлялись, крадут и за большие деньги передают на сторону. Операторы ловят таких людей, это вполне реальные уголовные дела.

ПРОНЬКО: То есть прецеденты уже есть?

МУРТАЗИН: Конечно. Они постоянно происходят. Если сравнивать просто с девяностыми годами, тогда у каждого оператора было 30-40 случаев в год. Сегодня от силы 10. И люди боятся, потому что они знают, что наказание вполне реально и не компенсируется никакими деньгами. То есть сидеть несколько лет в тюрьме за, в общем-то, то, что ты вынес одну бумажку из офиса – это очень много.

ПРОНЬКО: Вот все-таки, Эльдар, как вы думаете, чем закончится судебная эта тяжба столичного управления Роскомнадзора и «Мегафона»?

МУРТАЗИН: Я думаю, ничем, полюбовным соглашением. Потому что, смотрите, с юридической точки зрения, сервис был анонимным. То есть всегда должна быть пострадавшая сторона. Отправитель уже неизвестен, кто отправил, кто совершил действие. Например, я могу сегодня утверждать, что из этих трех тысяч реальных сообщений, допустим, полторы тысячи отправил я. Доказательство никаких нет, что это сделал не я или сделал кто-то другой. И второй момент. В нашей стране сложилась уникальная ситуация: SIM-карты не являются собственностью абонента – они берутся в аренду оператором. Равно как и номер: номер являются собственностью оператора. Поэтому номер не является идентификатором абонента: ни фамилия, ни имя нигде не были указаны – это отправлено на конкретный номер. То есть вы видели сообщение, которое отправлено неизвестно от кого, и видели номер, который не является идентификатором, потому что чтобы соотнести этот номер с человеком, надо проделать большую работу, и не факт, что вы найдете просто фамилию.

ПРОНЬКО: Ну а тогда вот эта контрольная служба – чего она, собственно, хочет добиться?

МУРТАЗИН: Вы знаете, у нас большинство контрольных служб добиваются одного: чтобы заметили, как они работают.

ПРОНЬКО: А, типа, они есть.

МУРТАЗИН: Да. Следственный комитет, собственно говоря, выступил ровно в той же ипостаси: они, не разобравшись еще в ситуации… Бастрыкин сказал, что надо разбираться, надо защищать, потому что предвыборный год, надо стоять на страже пользователей. Ну, по сути, да?

ПРОНЬКО: Да.

МУРТАЗИН: И вот, они пытаются показать активность. Потому что резонансное, громкое дело. К нему сейчас будут пытаться подключиться все. Но если смотреть по сути, 3 тысячи SMS, 8 тысяч записей, из них реальных абонентов, живых номеров – 2 тысячи с копейками. Из этих 2 тысяч пока ни один человек не обратился с какими-то претензиями.

ПРОНЬКО: А почему, как вы думаете? Это такая российская ментальность или объективная бесперспективность подобных разбирательств.

МУРТАЗИН: Много моментов. С одной стороны – бесперспективность, потому что юридически там перспектив как таковых нет. С другой стороны, чего этот абонент добьется? То есть фактически, с одной стороны, было крайне небольшое число SMS, где действительно содержалась какая-то ценная информация. Но большинство SMS – это просто был мусор: «Я тебя люблю», там, «Зайчик, я тебя жду дома», еще что-то такое…

ПРОНЬКО: Я поясню для слушателей, а то вы сейчас воспримите, что словосочетание «я люблю тебя» – это мусор. Нет, это в плане именно фактологии.

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: То есть это не представляет никакого повышенного интереса, скажем так, со стороны третьего лица. Это просто переписка двух лиц, не более того.

МУРТАЗИН: Да, которая неинтересна никому.

ПРОНЬКО: Но все-таки были и сообщения, которые можно квалифицировать как некую информацию, да?

МУРТАЗИН: Там крайне небольшое число. То есть буквально десяток сообщений. При этом я думаю, что ими надо заниматься уже правоохранительным органам, то есть что писали конкретно: там, кто-то кого-то зарыл на заднем дворе. То есть надо разбираться, почему такое сообщение пришло и прочее. Но в целом там нет ни криминала, ни информации, фактологии, поэтому перспектив как таковых нет. Сегодня частная переписка защищена и Конституцией, и отдельными законами. К сожалению, вот эти SMS они односторонние, это не переписка. Более того, с юридической точки зрения – возможно, юристы меня поправят, но нереально трактовать вот эти SMS, отправленные анонимно, как переписку. Потому что получатель неизвестен, это просто номер телефона, который принадлежит оператору. То есть что получается? Получается, что некто пришел на сайт оператора, анонимно, и отправило на номер, принадлежащий оператору, некое текстовое сообщение. Все. Но у нас суды иногда любят делать исключения, создавать прецеденты, хотя у нас беспрецедентное право. То есть если они признают, что это частная переписка, тогда да, у «Мегафона» будут проблемы, им придется отвечать за то, что они разгласили частную переписку.

ПРОНЬКО: То есть, в общем-то, если кому-то понадобится сейчас потрепать хорошенько нервы «Мегафону»…

МУРТАЗИН: Не получится. Учитывая акционеров «Мегафона», я думаю, что это нереально просто. Особенно в предвыборный год.



При копировании или цитировании материалов с сайта vnedorozhniki-ussr.ru активная индексируемая ссылка желательна.