В неоплатном долгу


В неоплатном долгу

Анне Степановне Поповой тяжело даются воспоминания о страшных событиях восьмилетней давности, так круто изменивших её жизнь:

— Жили мы с мужем дружно, двух деток растили. Муж работал машинистом «товарняка» на железной дороге, всё время по вахтам. Я за детьми присматривала, хозяйство вела. Беда в наш дом постучалась внезапно. В один из ноябрьских дней 2003 года мой муж Николай отвозил на мотоцикле с коляской «Урал» брата с племянником к ним домой, в село Подсереднее, которое находится неподалёку от нашей Иловки. В двух километрах от нашего дома в них врезался ехавший навстречу автомобиль. Как выяснилось позже, водитель ВАЗ-21099 был пьян. Удар от столкновения был такой силы, что мотоцикл буквально разорвало на части, он загорелся. Муж и племянник погибли на месте. Обгоревшего брата доставили в больницу, где долго боролись за его жизнь. Спустя полгода ему всё же ампутировали ногу. Сейчас он живёт на пенсию по инвалидности. Николаю было 37 лет. Племяннику — 18…

На руках у Анны Степановны остались восьмилетний сын Саша и семилетняя дочь Марина. Виновником аварии оказался известный в Чернянском районе человек — предприниматель Виктор Боклагов.

Следствие затягивалось. То теряли схему ДТП, то меняли следователя, и расследование начиналось заново. Анне Степановне даже пришлось прибегнуть к помощи белгородских журналистов. После выхода газетной статьи уголовное дело в отношении Боклагова всё же возбудили. Ему инкриминировали ст. 264 УК РФ — «Смерть по неосторожности».

Предприниматель засуетился. Его адвокат предложил пострадавшей стороне примирение с выплатой единовременной денежной компенсации. Моральный ущерб семьи Поповых был оценен в 200 тысяч рублей. Покалеченному брату за собственные увечья и смерть сына предложили 100 тысяч рублей.

— Соглашайтесь, иначе мой клиент сядет в тюрьму, и вы совсем ничего не получите, — советовал родственникам погибших адвокат Боклагова.

Те согласились. Анна Степановна рассуждала так: мужа уже не вернёшь, а детей поднимать как-то надо. Уж лучше синица в руках…

Уголовное дело в отношении Боклагова в феврале 2006 года было прекращено за примирением сторон.

— Я ведь после того ДТП детей несколько лет подряд за руку в школу через дорогу отводила, так боялась за их жизнь, — вспоминает Анна Попова. — Из школы тоже встречала. Дети часто болели. С работой на селе туго. А с маленькими детьми вообще не устроиться. Пока здоровье позволяло — скотину держала. Трудно приходилось. Родственники помогали, соседи. Потом добрые люди подсказали, что убийца кормильца семьи по закону обязан содержать меня и детей до их совершеннолетия. Я подала иск на возмещение вреда, причинённого смертью кормильца. Суд обязал Боклагова выплачивать мне и моим детям ежемесячно по 1836 рублей на каждого.

Надо сказать, Боклагов не был морально готов к содержанию чужих детей, пусть и оставшихся по его вине полусиротами. Об этом, кстати, известил и суд, считая свой долг перед вдовой Поповой выполненным, поскольку уже возместил ей единовременно моральный вред в размере 200 тысяч рублей. Но суд посчитал иначе, так как в расписках не было конкретно указано, что в сумму возмещения вреда, причинённого преступлением, входят суммы, причитающиеся несовершеннолетним детям. Возбудили исполнительное производство. Но прошло полгода, а семья Поповых не получила от Боклагова ни копейки.

Судебные приставы утверждали: взять с Боклагова нечего, дескать, гол как сокол. Ни тебе транспортных средств, ни сельскохозяйственной техники, сдаваемой предпринимателем в аренду, ни денежных средств на расчётном счёте. В счёт погашения долга могло бы пойти совместно нажитое в браке имущество, состоящее из земельного участка и расположенного на нём здания магазина. На имущество даже был наложен арест, но вскоре Чернянский районный суд его отменил, поскольку супруга Боклагова предоставила «неоспоримые доказательства» того, что деньги на покупку участка и магазина ей в своё время подарила мама. Этим доказательством стала расписка тёщи Боклагова, написанная от руки на листке бумаги. Доводы Анны Поповой о том, что договор дарения «фиктивный» и был составлен задним числом, в 2007 году, с целью сокрытия имущества Боклагова и недопущения обращения на него взыскания по исполнительным документам, суд нашёл необоснованными.

Люди в судейской мантии почему-то не обратили внимания на одну красноречивую деталь. В судебном заседании тёща Боклагова пояснила, что 50 тысяч рублей, которые она подарила дочери на покупку участка и магазина в 2003 году, она получила от реализации мёда и продажи автомобилей ВАЗ-2121 и ГАЗ-69. Однако к материалам дела приобщила расписки покупателей автомобилей, датированные 07.11.2007 г. и 10.11.2007 г. По информации, полученной на наш официальный запрос от начальника 1-го отделения МОТОТРЭР УМВД России по Белгородской области А.В. Чураевского, данные автомобили за тёщей Боклагова не зарегистрированы, никогда не числились и с учёта не снимались. История, по меньшей мере, странная. Да и в самом акте описи и ареста имущества должника никаких заявлений, замечаний ни им самим, ни его супругой сделаны не были. Анна Попова уверена: хитрый ход с распиской был придуман позже.

На 1 мая 2010 г. задолженность Боклагова перед семьёй Поповых составляла 241 778 рублей с частичной оплатой долга 14137 рублей (6137 рублей Боклагов перечислил лично, а 8000 рублей перечислили взыскателю приставы от реализации арестованного имущества — «мягкого уголка»). Сейчас задолженность с учётом индексации уже перевалила за 450 тысяч рублей. Анна Степановна продолжает забрасывать контролирующие органы запросами и получать от них отписки.

Вот одна из них, полученная 12 сентября 2011 года из областного управления судебных приставов: «Ваше обращение рассмотрено по существу… Должник ежемесячно производит выплаты в Вашу пользу в размере 6400 рублей…».

— Я позвонила чернянским приставам и поинтересовалась, с какого потолка они взяли эту цифру, если прекрасно осведомлены, что должник перечисляет не больше 200 рублей в месяц из тех 5,5 тысячи рублей, которые обязан до совершеннолетия детей выплачивать ежемесячно по решению суда. Получается, что должник мне ещё и переплачивает. Приставы сослались на досадную опечатку в тексте. Но у меня складывается впечатление, что сотрудники Чернянского районного отдела судебных приставов, не желая работать, сознательно вводят своё областное руководство в заблуждение, — возмущается Анна Попова.

Удивительно, но Виктор Николаевич Боклагов никогда не считался, и до сих пор не считается злостным неплательщиком, поскольку периодически перечислял вдове Поповой и её детям по 200 рублей в месяц. В законе чётко не прописано понятие «злостность», этим он и пользуется, сознательно перечисляя своим взыскателям сущие копейки. Для службы судебных приставов Боклагов много лет числится безработным, с которого нечего взять.

И в то же время этот «безработный», по словам односельчан, живёт в коттедже, ездит на новенькой иномарке и занимается предпринимательской деятельностью. Эту информацию я решила проверить и отправилась в Чернянку.

В доме № 10 по улице Крупской обнаружила магазин «Автозапчасти». На вывеске указаны наименование организации (ООО «Фламинго») и её юридический адрес (пос. Чернянка, ул. Радужная, 25). Зашла внутрь и поинтересовалась, можно ли поговорить с хозяином.

— Виктор Николаевич сегодня целый день мотается, товар завозит. Только-только домой уехал пообедать, — проинформировал продавец, не оставив никаких сомнений по поводу того, кто здесь хозяин.

Возле добротного дома № 25 на улице Радужной — а именно здесь проживает Виктор Боклагов, увидела припаркованный автомобиль HYUNDAI ix 35. Недурно для безработного, учитывая, что автомобиль в самой скромной комплектации стоит от 850 тысяч рублей. Правда, и здесь Виктор Николаевич подстраховался. По информации из неофициальных источников, машина числится не на Боклагове, а на всё том же ООО «Фламинго».

Отвлекать от обеда предпринимателя и портить ему аппетит не стала, а поехала ещё к одной торговой точке, «курируемой» семьёй Боклаговых. На вывеске аптечного пункта по ул. 20-я годовщина Октября, д. № 5 значилось ООО «Фламинго» с уже знакомым адресом регистрации — улица Радужная, 25. У кассы меня встретила провизор Людмила Ивановна Божкова. Она приходится жене Виктора Боклагова родной сестрой. И согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, обладает правом без доверенности действовать от ООО «Фламинго», то есть, по сути, является руководителем фирмы. Сама же фирма существует с 2000 года. Сейчас её учредителем числится двадцатичетырёхлетний сын Виктора Боклагова.

Кстати, удалось выяснить ещё одну интересную деталь. Виктор Боклагов, несмотря на пустые расчётные счета и «отсутствие имущества», вполне платёжеспособен. По крайней мере, так утверждает ещё один его взыскатель, бывшая предпринимательница Ольга Рязанцева, у которой Боклагов с его партнёром по бизнесу приобрели в 2004 году объект незавершённого строительства — цех розлива подсолнечного масла и административное здание, а также пресс дожима. Предпринимательница предоставила покупателям рассрочку, но так и не дождалась полного расчёта. Виктор Боклагов по уже знакомой нам схеме долго морочил взыскательнице голову, пока та не наняла адвоката и не пригрозила Виктору Боклагову, что предпринимательской деятельностью безработного могут заинтересоваться «нужные ведомства». Долг в сумме 160 тысяч рублей был тотчас же возвращён.

Уезжала из Чернянки с тяжёлым сердцем. Всё время задавала себе вопрос: если факты укрывательства имущества и доходов настолько очевидны, и нам на их выявление понадобилось всего пара часов, почему ни судебные приставы, ни налоговики, ни прокуроры не предпринимают никаких мер, чтобы пресечь беззаконие? Почему простая заводская рабочая Анна Попова должна в одиночку бороться за права своих детей? Буквально прошибать эту непробиваемую стену.



При копировании или цитировании материалов с сайта vnedorozhniki-ussr.ru активная индексируемая ссылка желательна.