В течение 10 лет Москву полностью очистят от тополей, посадив другие породы деревьев — Аргументы Недели


В течение 10 лет Москву полностью очистят от тополей, посадив другие породы деревьев — Аргументы Недели

К радости аллергиков, сезон тополиного пуха позади. Воспетый в эстрадном шлягере как неземная красота, он является настоящим кошмаром для немалой части общества. Наслушавшись за июнь жалоб, Сергей Собянин решил подойти к вопросу радикально. Выбран классический путь: нет предмета – нет проблемы. В течение десяти лет Москву полностью очистят от тополей, посадив на их месте другие породы деревьев. Проект глобальный: речь идет о замене 30–40% зеленых насаждений. Загвоздка в том, что тополь неслучайно так популярен. Более универсального дерева для Москвы не сыскать.

До 2000 г. тополей было еще больше – они составляли половину всех насаждений столицы (имеются в виду не парки и леса, а именно насаждения, отдельные посадки). В основном их сажали в послевоенные годы, причем сами жители. Название породы, кстати, говорит само за себя: popolus переводится с латинского как «народный». С античных времен люди отдавали этому дереву предпочтение из практических соображений – оно приживается даже на малопригодной почве, быстро вырастает и не требует особого ухода.

В Москве такая живучесть древесной породы актуальна как нигде. Выстоять рядом со столичными магистралями и промзонами – задача не для нежных растений. В этом тополю помогают его темпы роста. У липы или клена свежие побеги отмирают из-за выхлопных газов, отчего деревья приходят в ослабленное состояние и постепенно гибнут. У тополя тоже отмирает часть побегов, но оставшиеся растут очень быстро. Это компенсирует утрату зеленой биомассы, и дерево не сохнет. Тополь может существовать прямо под выхлопами, выдерживает любые техногенные нагрузки. Кроме того, земля под городскими насаждениями не является почвой в строгом смысле слова. Почва с ее питательными веществами формируется на протяжении тысячелетий. В городе же сплошной почвогрунт (его еще называют «урбанозем»).Не всякая древесная порода пригодна для такой земли. А тополь – пригоден.

«По декоративности тополь уступает другим породам. Но он прекрасно адаптируется к экстремальным условиям городской среды. Его функция – практическая, средозащитная, – комментирует эколог Борис Самойлов, редактор Красной книги Москвы, начальник сектора охраны природы Московского региона Всероссийского научно-исследовательского института охраны природы. – Тополь приживается там, где зеленые насаждения нужнее всего. Он очищает воздух от ядовитых выбросов автомобилей и заводов. Его листья – очень клейкие, на них осаждается дорожная пыль. Когда речь идет о тополе под чьим-то окном, такое дерево можно и спилить. Но неудобство причиняют максимум 20–25% тополей.Остальные расположены вдали от жилых домов. Для чего же их уничтожать? Природа требует индивидуального, штучного подхода. Нельзя к живому относиться так же, как железобетону».

«Для аллергиков опасен не сам пух, а та грязь, что прилипает к нему. Не секрет: в Москве отвратительная атмосфера. В воздухе очень много частиц, которые вызывают аллергические реакции. Они-то и группируются вокруг пушинок, – говорит ученый секретарь Института экологии города Елена Коренева. – Но вырубить все тополя – сомнительное решение. Крайности ничем хорошим не заканчиваются. К проблеме нужно подойти научно, с расчетами. И вообще, о пухе могут позаботиться инженерные службы, которые отвечают за дворы. Пусть убирают его сразу же, как только он появляется. Этим не нужно заниматься круглое лето – только в первую половину июня».

Появления пуха можно и вовсе избежать. Он образуется на ветвях трех- или четырехлетнего возраста. Ничто не мешает регулярно обрезать ветки, как это делают на Западе и как поступали в СССР (причем в советское время проблема пуха стояла не остро – его количество стало критическим только сейчас, когда деревьям исполнилось 60 лет). Необязательно обрезать ветки каждый год: раз в три года – вполне достаточно. Такая операция называется кронированием. Кронирование – аккуратная, щадящая подрезка веток. То, что делают с деревьями в столице раз в 15 лет, надо называть совершенно по-другому: уничтожение кроны (полное спиливание веток и листьев в верхней части дерева).

«Тополя превращают в голые столбы, которые уродуют город. С. Собянин насмотрелся на это и решил, что лучше спиливать их, чем терпеть такое безобразие, – говорит Б. Самойлов. – Мэру не пришло в голову, что безобразия следует избежать иначе. Можно предоставить кронирование профессионалам – тогда не будет вреда внешнему виду деревьев. Сейчас эту работу выполняют совершенно некомпетентные люди. Они, например, не знают, что ветки надо срезать до конца – круглая ранка на стволе быстро затягивается. Если же оставить сучок, то срез не зарастет никогда. Как результат – гниение».

Помимо правильного кронирования есть другой способ избежать пуха – учитывать пол деревьев. Пушат только женские растения, а мужские совершенно безвредны. Однако для такого полового разделения городу понадобится собственный питомник. Частные питомники в этом смысле не надежны. Им выгодно продать городу все, что выросло. А определить пол растения покупатель не может, поскольку данная деталь проясняется лишь впоследствии (по факту наличия или отсутствия пуха). Раньше у города были свои питомники – например в Измайловском лесу, в Сокольниках. Но теперь эти территории отданы под коммерческие цели.

Что взамен?

Экологов беспокоит, какие посадки займут место вырубленных тополей. Дело в том, что качество нынешних посадок в Москве – ужасное.Они живут два-три года. В питомниках неправильно готовят деревья: корни растут не компактно, а на три метра вширь. При изъятии дерева из питомника такие большие корни приходится обрубать – в итоге дерево становится инвалидом. Его везут на посадку во всей красе, в листьях, «в соку». А между тем оно обречено.

Другой сценарий – закупка посадочного материала в Европе. Цветной бульвар, например, засадили липами из Германии. Получилось замечательно: это прекрасные деревья, в Москве такие сейчас не достать. Но их стоимость огромна. На те же средства можно было бы разбить десятки гектаров насаждений, как в Серебряном Бору.

В общем, эксперты предсказывают черную дыру для денег, будь то постоянные перепосадки или же приобретение зарубежных растений. Похоже, для осваивания средств и замышляется борьба с тополями. Ухаживать за ними – неинтересно. На это бюджет выделит гораздо меньше, чем на их вырубку и замену. «К сожалению, часто проводятся не те мероприятия, которые нужно проводить, а те, на которые можно списать крупные суммы. Реалии коррупционной экономики распространяются на природоохрану так же, как на все остальное», – отмечает Е. Коренева.

«Идея вырубить тополя соответствует общей экологической политике Москвы – отмыванию денег, – соглашается Б. Самойлов. – Постоянно уничтожают молодые деревья. Стригут по многу раз одни и те же газоны. Превратили траву в жеваную мочалку – от нее никакого толка. Любой студент-биолог знает, что экологическая обстановка зависит от количества зеленой биомассы. А в мэрии игнорируют эту аксиому. Сложилась совершенно парадоксальная ситуация: чем больше средств выделяется на заботу о природе, тем сильнее та страдает».

В последние годы городские власти все больше и больше избавляются от участия профессиональных экологов в жизни столицы. Раньше экологическую политику курировало Управление лесопаркового хозяйства, укомплектованное специалистами высокого класса. В 2000-е годы его расформировали – незаметно, постепенно, сокращая одно подразделение за другим. Теперь вместо него функционирует Управление особо охраняемыми природными территориями, которое занимается только ими, а не просто озелененными территориями. При Ю. Лужкове также был экспертный совет Департамента природопользования. Он рассматривал природоохранные проекты и многие из них забраковывал. Сейчас экспертный совет не собирается – новое руководство Москвы не видит в нем надобности.

«Нельзя сказать, что Департамент природопользования совсем не охраняет природу. В каких-то вопросах он действует довольно активно. В частности, сейчас занимается выводом цементного элеватора из Печатников на основании жалоб общественности, – говорит лидер партии «Яблоко» Сергей Митрохин. – Но при вырубке тополей он вряд ли сможет что-то проконтролировать. Исполнительные полномочия в сфере зеленых насаждений принадлежат другому ведомству – Департаменту ЖКХ и благоустройства, деятельность которого совершенно непрозрачна. Только принципиальный парламент и честные надзорные органы в силах изменить ситуацию».



При копировании или цитировании материалов с сайта vnedorozhniki-ussr.ru активная индексируемая ссылка желательна.